Весна 1945 года в Кёнсоне пахла цветущей сакурой и страхом. Город жил под японским сапогом, но в узких улочках всё ещё звучала корейская речь, а в воздухе витало предчувствие близких перемен.
Чан Тхэ-сан считался одним из самых богатых людей в городе. Его ломбард и антикварный магазин на главной улице знали все. Там можно было заложить фамильные серьги матери или купить редкую фарфоровую вазу династии Чосон. Сам Чан всегда улыбался клиентам, но улыбка эта никогда не доходила до глаз.
Однажды утром к нему в кабинет вошёл японский комиссар полиции. Без лишних слов положил на стол фотографию красивой женщины в европейском платье и сказал коротко: найди её до того, как опадёт последний лепесток сакуры. Иначе потеряешь всё. Магазин, дом, свободу. И скорее всего жизнь.
Женщина на фотографии была любовницей Чан Тхэ-сана уже три года. Её звали Мён-джа, и она исчезла две недели назад, не оставив ни записки, ни следа.
В тот же день в порт Кёнсона сошёл пароход из Шанхая. На трапе стояли двое. Высокий мужчина лет пятидесяти с усталым лицом и девушка примерно двадцати пяти, удивительно похожая на него глазами. Юн Чхоль-мин и его дочь Юн Чхэ-ок. Больше десяти лет они искали жену и мать, пропавшую в этих краях в страшном тридцать пятом.
Судьба свела их с Чан Тхэ-саном случайно, но очень вовремя. Богатый антиквар предложил огромные деньги за помощь в поисках. Юн согласился почти без раздумий. Слишком долго он гонялся за призраками прошлого, чтобы отказаться от любого шанса.
Первая ниточка привела их в старый военный госпиталь на окраине города. Огромное серое здание, обнесённое колючей проволокой, охранялось лучше любой тюрьмы. Официально там лечили раненых солдат императорской армии. На самом деле в подвалах творилось нечто ужасное.
По ночам оттуда доносились крики, которые невозможно было спутать с обычной болью. Люди исчезали. Сначала нищие и бродяги, потом простые корейцы, потом даже японские солдаты низкого ранга. Никто не возвращался.
Чхэ-ок первой заметила странность. В регистрационных книгах госпиталя имена пациентов писались только чернилами определённого оттенка. Такие же чернила она видела в детстве на письмах матери, которые приходили из Кёнсона перед самым исчезновением.
Каждый шаг в этом расследовании открывал новую дверь в ад. Они нашли тайные ходы под госпиталем, лаборатории, где японские учёные в белых халатах делали опыты над живыми людьми. Искали способ создать идеального солдата, не знающего боли и страха.
В одной из камер Чан Тхэ-сан увидел то, что навсегда изменило его. Там сидела женщина, похожая на Мён-джу, но глаза её были пустые, а на шее виднелись свежие швы. Она не узнала его. Не произнесла ни слова. Только тихо качалась взад-вперёд.
Юн Чхоль-мин нашёл старую фотографию в кабинете главного врача. На ней была его жена, моложе на десять лет, в белом халате рядом с тем же японским профессором. Подпись гласила: первый успешный образец.
Сакура уже почти облетела. Последние лепестки падали на землю, словно розовый снег. Время истекало для всех. Для Чан Тхэ-сана, который должен был выбрать между богатством и человечностью. Для Юна, который наконец столкнулся с правдой о судьбе жены. Для Чхэ-ок, решившей любой ценой остановить этот кошмар.
В подвалах госпиталя оставалось ещё одно существо. Самое страшное. То, что получилось в результате всех этих лет безумных экспериментов. Оно уже научилось открывать двери. И оно было очень голодно.
Весна 1945 года в Кёнсоне закончилась не освобождением. Она закончилась криком, который услышал весь город, когда последняя цветущая ветка сакуры сломалась под чьей-то нечеловеческой тяжестью.
Читать далее...
Всего отзывов
9